статьи наших авторов
Весной 1990 г. меня позвал рав Адин Штейнзальц и попросил поехать в Москву, в Кунцевскую ешиву. «Можешь даже ничего не преподавать. Достаточно, если вы будете сидеть в ешиве и учить Гемару в хевруте», сказал рав. И мы поехали – я и Пини Рабинович из Реховота, действительно учились в хевруте и еще я вел курс по книге Берейшит. Мне казалось, что я вполне подготовлен к преподаванию Хумаша. Какое там! Начались острые вопросы, особенно, когда разговор дошел до «בני אלוהים», которые спустились на землю. Было непросто для молодого ешивотника находить ответы.
Были в ешиве очень сильные ученики, например Миша Рыжик и Мордехай Липкин.
Русского я совсем не знал, и большое впечатление на меня произвели р. Шауль Штампфер и р. Дуду Палант, которые могли говорить по-русски. Сейчас я понимаю, что русский их был совсем начальный, но тогда и это казалось недостижимой высотой.
Первое впечатление – прямо из аэропорта я попал на хупу Зеева Элькина с [его первой женой] Риной, которая происходила в ешиве. Ставил хупу р. Дуду Палант.
Очень необычным впечатлением были две женщины из [религиозного кибуца] Тират Цви, преподавательницы иврита по профессии, которые приехали на неделю вокруг праздника Шавуот, преподавать книгу Рут. Одну звали Нили, вторую не помню. Для меня, мальчика из ешивы, уже само то, что женщины преподают Тору — было событием. Запомнилось, что они говорили о том, какое значение в книге Рут играет «מקהלת נשים», «хор женщин из Бейт-Лехема».
Москва была для меня окном в большой мир. [Иегуда родился в США, но сделал алию в восьмилетнем возрасте и с тех пор жил в Израиле]. Помню, какое впечатление произвели на меня эскалаторы в московском метро. И размером, и бесконечным потоком людей, движущихся в одну стороны – это казалось символом коммунизма.
Всего я провел в Кунцево полгода, потом побывал еще в Риге и Ленинграде, и один раз приезжал позже, на пару месяцев.
Интервью взято на Храмовой горе, 10 июня 2026 г. Изложение по-русски мое – М.А.
фото Менаше Эльяшува
Наши книги. Издание Место Встречи