Внимание! На сайте Места встречи ведутся работы. Некоторые материалы и сервисы  могут быть временно недоступны! Внимание! На сайте Места встречи ведутся работы. Некоторые материалы и сервисы  могут быть временно недоступны! 

Блог Меира Антопольского

Меир Антопольский - активист Места Встречи, инструктор по восхождениям на Храмовую гору.

В предыдущем посте я начал говорить о "южной гипотезе". Как мы уже неоднократно обсуждали, идентификация места Святая Святых Храма (Камня основания) и Золотого купола (Ас-сахры) является почти консенсусом средневековых источников, как еврейских, так и нееврейских. Большинство современных авторитетов также исходят из этой идентификации, основанной на уверенной традиции и на топографии местности, и находящей немало археологических подтверждений, несмотря на отсутствие раскопок.

Однако я не случайно говорю "почти" и "большинство". За предположением о том, что Храм в действительности стоял южнее, стоит несколько аргументов и авторитетов, заслуживающих серьезного обсуждения. Как и всякий "спор во имя небес", этот спор может только улучшить наше понимание этого важнейшего вопроса.

Вышеупомянутый консенсус был подвергнут сомнению в 1929 году, когда р. Михаэль аКоэн Бройер (к сожалению, я ничего не могу сообщить об этом авторе – кто знает, отзовитесь) напечатал в журнале "а-Тор" (а потом отдельной брошюрой) статью, называвшуюся "Камень основания или камень заблуждения?" ("אבן השתיה או אבן הטועים"). Аргументы его были таковы:

  1. Он исходил из того, что стены, которые мы видим сейчас – южная, западная и восточная – это и есть стены освященной Храмовой горы
  2. Поэтому северную стену, которая была разрушена римлянами, следует вычислять на основании размера 500 на 500 локтей. Какой бы из вариантов идентификации локтя не брать, северная граница получается чуть к северу от Золотого купола.
  3. В таком случае, если сохранить идентификацию Ас-сахры и Камня основания, мы получим стену Храмового двора примыкающей почти вплотную к границе Храмовой горы. Тем самым, расстояние до границы горы с севера окажется меньше, чем с запада, что противоречит мишне Мидот (2:1). Если же предположить, что Ас-сахра – это место жертвенника,то все равно западная сторона останется больше северной, хотя разрыв и уменьшится.
  4. Из всего этого он сделал вывод, что Храм должен был располагаться южнее, чем Золотой купол.

Дополнительный аргумент р. Бройер нашел в словах "Кафтор ва-Ферах" (глава шестая, параграф 15 в тексте на сайте Места Встречи):  "До сего дня можно видеть Врата Шушан с восточной стороны, и они заложены каменной кладкой. Если разделить стену на три части, эти ворота окажутся в первой части, с угла юго-восточного".

"עוד היום ניכר שער שישן ממזרח והוא סגור אבני גזית. ואם תחלק זה הכותל לשלשה חלקים יהי זה הפתח בחלק הראשון מצד קרן מזרחית דרומית".

А при этом мишна в трактате Брахот (9:5) говорит нам, что "не должно вести себя легкомысленно против Восточных ворот, ибо направлены они в сторону Святая святых (שהוא מכון כנגד בית קדשי הקדשים)". Из этого р. Бройер сделал вывод, что место Святая святых должно быть напротив этих заложенных восточных ворот, т.е примерно посередине между Золотым куполом и мечетью Аль-акса.

Статья р. Бройера вызвала бурную дискуссию в нескольких журналах в течение 1929 – 1930 годов, и в конце концов решили обратиться к р. Токачинскому. Р. Ихиэль Токачинский (1874-1955) - глава ешивы "Эц а-Хаим", один из ведущих авторитетов "литовского" направления в своем поколении, создатель монументального календаря "לוח ארץ ישראל" - отверг эту "южную" гипотезу полностью. Во-первых, он привел все доказательства существования непрерывной традиции идентификации Ас-сахры и Камня основания (которые я уже приводил раньше). Во-вторых, он выбил основание из-под рассуждений р. Бройера, показав на основе книги Иосифа Флавия, что царь Ирод расширил Храмовую гору, а потому нельзя однозначно утверждать, что те стены, которые мы видим сейчас, это и есть стены освященной Горы 500 на 500 локтей. Однако р. Токачинский никак не прокомментировал ссылку на Кафтор ва-Ферах.

Поэтому я позволю вставить здесь небольшое рассуждение от себя. Во-первых, Кафтор ва-Ферах, как с очевидностью следует из его книги, никогда не бывал на Храмовой горе (что никак не значит, что он считал это галахически запрещенным, просто мусульманские власти уже в ту эпоху евреев туда не пускали). Поэтому соображения топографического порядка, очевидные каждому, кто поднимается на Гору, а также тем раввинам (как р. Токачинский и р. Корен), которые не поднимались на Гору, но пользовались замерами, сделанными нееврейскими учеными – ему были недоступны.

Но, во-вторых, вопрос об идентификации Врат Шушан (который мы оставим на последующие посты) нет необходимости соединять с вопросом о расположении Святая святых. Двумя параграфами ниже Кафтор ва-Ферах пишет:

שער מזרח הכל אחד והחומה שבזה השער מפסקת בין עזרת הנשים לעזרת ישראל"

Знай, что всякий раз, когда мудрецы наши, благословенной памяти, говорят "врата храмового двора", или "врата Никанора", или "восточные врата" – они имеют в виду одно и то же, и говорят о вратах в стене, отделяющей Женский двор от двора Израиля".

Тем самым, мишна Брахот, процитированная выше, скорее всего, говорит именно об этих воротах, которые, конечно же, расположены напротив Святая святых, а вовсе не о Вратах Шушан – восточных воротах Храмовой горы. И речь идет о поведении на самой Храмовой горе, напротив входа в храмовый двор, примерно в том месте, где сейчас при восхождениях мы совершаем свою молчаливую медитацию под надзором полиции.

(Замечание в скобках: я должен признаться, что этим объяснением я нарываюсь на неприятности – на спор с самим р. Овадьей Бартанура, который комментирует это место в мишне так:

 

Не могу сказать, на чем основывался р. Овадья).

В новейшее время "южная гипотеза" проявилась в книге р. Исраэля Леванона "Описание Храма в соответствии с Рамбамом". Книга, вообще-то, посвящена описанию самого Храма, но в приложении р. Леванон обсуждает и вопрос расположения Храма на Храмовой горе и повторяет все аргументы р. Бройера, которые мы обсуждали выше.

(Еще замечание в скобках: мне очень помог последний скандал вокруг книги "Торат а-Мелех". Когда полиция пыталась допрашивать раввинов, давших свои "аскамот" на книгу, они говорили, ссылаясь на авторитетов как средневековых, так и современных, что "аскама" на книге не означает согласия с каждым словом в тексте, а только, что автор - знающий, достойный человек, и его соображения заслуживают прочтения и обсуждения.

Поэтому "аскамот" нескольких авторитетов на книге р. Леванона, в том числе от Садигурского ребе, от р. Моше Хальберштама, и благословение от Любавичского ребе – не означают, что они поддерживают именно эту точку зрения о расположении Храма, которая к тому же не является главной темой книги).

По сути же соображений р. Леванона, к тем соображениям, которые были приведены выше, он добавляет еще два:

  1. Мидраш Шир а-Ширим Раба (2:22) сообщает, что "Врата Хульды не были разрушены". Р. Леванон указывает на существующие ворота в южной стене, связывает их с вратами Хульды в южной стене освященной Храмовой горы – и дальше по вышеприведенным аргументам.
  2. Свидетельство р. Хаима Виталя, ученика Аризаля, что "место святое стоит пусто и не застроено" (р. Леванон не приводит точную ссылку, будем искать).

На первый аргумент надо ответить, что во многих вопросах, связанных с Храмом и Храмовой горой современный человек понимает текст, исходя из ощущения, что ворота – это двумерное явление, проем в стене. Но ворота – то строение трехмерное, у них есть глубина, у большинства ворот в десятки амот (вот, напр., реконструкция ворот из Храма по пророчеству Иехезкеля). Существующие (но заложенные) ворота в южной стене ведут в длинный подземный проход с явными признаками иродианской архитектуры (об этом подробно написано в книге Ритмайера, я постараюсь написать об этом в дальнейшем). Не вполне понятно, где выход из этого прохода, видимо – в районе фасада Аль-Аксы или даже севернее. По всей вероятности, этот проход идет под иродианским дополнением к Храмовой горе, и служил продолжением врат Хульды (ведущих на освященную Храмовую гору) южнее, вплоть до выхода с расширенной Храмовой горы. Поэтому мидраш вполне мог сказать, что врата Хульды не разрушены, если значительная часть комплекса, их составлявшая, до сих пор существует.

На второй аргумент можно будет попытаться ответить, если найдем весь контекст этих слов р. Хаима.

Но на этом не кончается биография южной гипотезы. В последние десятилетия архитектор Тувия Сагив привел немало соображений в ее пользу. Об этом, с Б-жьей помощью, в дальнейшем…