Внимание! На сайте Места встречи ведутся работы. Некоторые материалы и сервисы  могут быть временно недоступны! Внимание! На сайте Места встречи ведутся работы. Некоторые материалы и сервисы  могут быть временно недоступны! 

Тора, как письменная, так и устная, никогда не обходит стороной физиологические подробности. В центре духовной жизни еврейского народа, в Иерусалимском Храме, не обошлось без внимания к ним. С одной стороны, требования к чистоте и внешнему благообразию со стороны служителей были исключительно высоки. Под страхом смерти (!) священник должен был стричься не реже, чем раз в месяц. Придя в Храм в день, когда ему выпала очередь совершать служение, он должен был снять всю одежду, предварительно тщательно помывшись, совершить ритуальное омовение в микве и одеться в чистые, белые льняные портки и тунику – и только тогда мог приступить к служению в Храме, будь то даже уборка пепла с жертвенника.

Но мудрецы наши вполне осознавали, что Б-гу служат в Храме живые люди, а не ангелы какие-то. Поэтому неоднократно обсуждается то, что священнику бывает нужно сходить по нужде. А после этого – снова очиститься (иногда достаточно омовения рук и ног, а иногда погрузиться в микву). В разных строениях во дворе Храма были устроены бассейны, в которые собиралась дождевая вода для омовений. В одном из зданий была комнатка, в которой Первосвященник в канун Йом-Кипура готовился к великому дню. В ней для него был устроен личный туалет и свой бассейн для омовения. Маймонид (как известно, врач по профессии)  подчеркивает, что весьма нездоровое питание коэнов, состоявшее в основном из мяса жертвенных животных, заставляло их весьма часто пользоваться этими удобствами.

Один из наиболее древних разделов Мишны, по общему мнению и раввинов, и ученых – это трактат Тамид, описывающий ежедневную рутину Храмового служения. Судя по всему, он был записан вскоре после разрушения Храма со слов очевидцев. Среди прочего, он описывает здание на северном краю Храмового двора, в котором ночевали коэны, чтобы еще пред рассветом начать приготовления к ежедневному служению. Старцы спали там на каменных лавках, а молодые священники – так прямо на полу. В Иерусалиме, кто бывал - тот знает, и летом-то нежарко спать ночью на каменном полу, а зимой – подумать страшно. Поэтому посреде этой "спальни" всегда горел очаг, и здание так и называлось – дом очага, бейт а-мокед. Из этого здания шел подземный ход, всегда освещенный масляными лампами. По нему можно было дойти до подземной же миквы. Рядом с ней горел костер (иерусалимская зима, нередко плюс три по цельсию, а среди ночи надо нырять с головой в ледяную воду, однако) и было, как пишет мишна, "пристойное отхожее место". Необычное выражение, заставляющее сразу спросить: а в чем его пристойность?

Мишна немедленно дает ответ: "если кто находил его запертым; он знал, что там кто-нибудь находится; если же находил открытым, то знал, что там никого нет". Похоже, именно тогда впервые возникла идея запирать туалет изнутри, раз это так потрясло авторов мишны. И неудивительно: в те времена (как и много последующих веков)  у всех народов простой человек пользовался по большей частью в качестве отхожего места чистым полем, и лишь цари и вельможи имели личные туалеты. Ну, а им запираться было незачем и не от кого.

Подземные помещения Храма во многом избежали в свое время разрушения. Археологические исследования дают право утверждать, что миква и туалет существуют по сей день. Надо сказать, что и в подземельях под Храмовой горой (например, в подземельях под мечетью Аль-Акса) и в ближайших окрестностях ее сохранилось множество микв. Вдоль южной стены снаружи министерство туризма в этом году даже объявило специальный маршрут под названием "тропа микв". Однако эти миквы находились вне стен собственно храма, и пользовались ими для ритуального омовения, естественно, не только священники, но сотни тысяч паломников, прибывавших в Храм со всех концов страны и окрестных стран.

Но когда, исследуя описание храмового двора в разных древних источниках, ученые смогли приблизительно установить место расположения "дома очага", то они обнаружили, что под поверхностью земли там и по сей день находится ход, ведущий в обширное помещение, так называемая цистерна III. Правда, всего двоим исследователям удалось побывать в этих помещениях – Ч. Уильсону в 1864 г., и Ч. Уоррену спустя три года. Но зато они оставили подробные описания и замеры

Часть Храмовой горы к северу от Купола Скалы. Обсуждаемая цистерна III обозначена фиолетовым цветом. Цистерна I - проход к воротам Тади в северной части древней Храмовой горы. Сейчас над этой цистерной можно видеть колодец - см фото ниже.

Южная часть этого помещения (ближе к месту Храма) высечена в скале, а более северная – крыта необычными эллиптическими, почти остроконечными сводами. В крыше этого помещения можно увидеть водосборник, по тонким ходам в него собирается дождевая вода с поверхности. Уже Уоррен предположил, что ему удалось найти место омовения коэнов под "домом  очага", и исследования последующих десятилетий все более укрепляют эту версию. Увы, в нынешней политической ситуации ученым не представляется возможным побывать там снова, чтобы окончательно подтвердить или опровергнуть ее. 

Стрелка указывает на примерное месторасположение цистерны III и, тем самым, ориентировочно на место здания Бейт а-мокед. Фото Олега Струэнзе.

М. Антопольский